История

История современного масонства началась в 1717 году. В этот год в день святого Иоанна Крестителя (24 июня до сих пор отмечается как обще-масонский праздник) четыре лондонские ложи – Виноградная кисть, Гусь и Противень, Корона, Яблоко получившие свои названия по именам таверн, где они собирались, объединились в Великую Ложу Лондона и избрали дворянина Антона Сойера Великим Мастером. С 1738 года Великая Ложа Лондона стала именоваться Великой Ложе Англии.

Мифологическая предыстория масонства (культивируемая как частью братьев, так и их противниками – антимасонами) связывает его возникновение с прародителем человечества Адамом – первым строителем на земле, строительством египетских пирамид и таинством египетских жрецов, возведение Соломонова храма и библейским мастером Хирамом, учениями Талмуда и Каббалы, древней магией, средневековой алхимией и так далее. Устойчиво удерживается легенда о связи Братства вольных каменщиков со средневековым Орденом тамплиеров и выполнении ими заветов сожженного на костре французским королем Филиппом IV Красивым в 1314 году последнего великого магистра Ордена Жака Моле.

В реальности масонство уходит своими корнями в средневековые братства ремесленников-строителей и идейные искания европейских интеллектуалов XVII века. Уставы строительных артелей дают возможность узнать жизнь их участников. Некоторые виды работ производились ими в закрытых помещениях, называемые ложами. Для холостых рабочих эти помещения одновременно служили спальнями. Здесь же хранились инструменты, вещи работников, совершались братские трапезы, велись профессиональные разговоры, касающиеся секретов мастерства, поэтому ложи тщательно оберегались от посторонних. За ходом работы и поведением каменщиков следили старшие мастера и их помощники — надзиратели. Вступая в артель, рабочие принимали присягу «над книгой», очевидно Уставом гильдии. Строители в силу специфики своей деятельности переходили с места на место. Это приводили к появлению системы условных знаков, паролей позволяющие определить «своих» среди «непосвященных». Сообщение условных знаков составляло существенную часть церемонии вступление в артель и перехода из одной квалификационной категории в другую: из учеников в подмастерья, затем в мастера. Ритуальная часть в гильдиях не менее строго, чем предписание общегражданской и профессиональной этики. Между различными артелям и существовали организационные связи, и работники могли расчитывать на помощь и поддержку собратьев по ремеслу. Братство оказывали помощь своим престарелым членам, их вдовам, детям, оказавшимся сиротами.

В конце XIV века в английских документах появился термин «франкмасон». Английская традиция связывает его со «свободными» камнями мягких пород: мрамором, известняком и прочее которые в отличии от обыкновенных камней, использовались для более тонкой, художественной работы. Термин первоначально обозначал более квалифицированных работников. Французкая традиция выводит термин «свободный», «вольный» из возможности для ремесленников-строителей свободного передвижения по феодальной Европе.

В масонстве остались очень сильными элементами ритуала средневековых строительных братств. Это проявляется в определенной закрытости Ордена. Его первоначальная структурная единица называется ложе, ею руководит Старший Мастер и два Надзирателя. Собрания ложи начинаются с проверки, «покрыт ли храм?», то есть нет ли посторонних среди собравшихся. В масонский ритуал входят условные знаки и слова, сбор средств в пользу нуждающихся братьев. Среди символов преобладают строительные инструменты: циркуль, наугольник, молоток, уровень, резец, линейка и так далее имеющие свои толкования. В символические одеяния братьев входят фартук и перчатки как элемент строительной одежды.

В XVII веке плеяда мыслителей (среди них прежде всего следует назвать Ф.Бэкона, Я.А. Коменского, а также Гартлиба, Толанда, Шефтсбери и другие), разрабатывающих идеи освобождения научной мысли от церковной догматики и схоластики, человеческого достоинства, личной независимости, внутренней свободы. Много внимания они уделяли планам социального реформаторства: рассматривали вопросы улучшения жизни человечества посредством знаний, обучения и воспитания, морального совершенствования, создания всемирного братства людей. В это же время получили распространение произведение социальной фантастики об идеальных государствах и общественных устройствах. Это комплекс идей завоевал большую популярность среди европейской, прежде всего английской, интеллигенции и образованной части общества.

С XVII века а возможно и ранее началось проникновение знати, коммерсантов, пасторов, интеллектуалов в братства вольных каменщиков. Первый такой случай документально зафиксирован в 1600 году. Помещик Джон Босвел был принят в масонскую ложу города Эдинбурга (Шотландия). В середине века в масонских ложах встречались банкиры, антиквары, высокопоставленные военнослужащие.

Авторы трудов о генезисе масонства выдвигают ряд причин стремления высших социальных слоев английского общества породниться с ремесленными цехами, прежде всего строительными. Знать и интеллектуалов привлекали демократические настроения в рядах простолюдинов, а также традиции общественной жизни, честолюбивые стремления оказывать помощь и поддержку людям, стоящие на более низкой ступени социальной лестницы. (В ремесленные братства из посторонних принимали только лиц, сделавшие солидный денежный взнос или оказавших какую-либо важную услугу.) Высшие сословия привлекали строительные гильдии, очевидно, высоким квалификационным составом их членов, более высокой организацией по сравнению с другими ремесленными цехами, обаянием старинных мистико-романтических легенд о таинствах и секретах ремесла. Таким образом, наряду с оперативным то есть собственно строительным масонством, появилось масонство спекулятивное, интеллектуальное, которое спроецировало процесс строительства церквей на идее создания храма в душе индивидуума, сбора как символа идеального человеческого общежития. В ложах каменщиков появились должности Оратора, Секретаря. Слияние оперативного масонства со спекулятивным привело к созданию Ордена вольных каменщиков современного типа. При этом оперативное масонство со временем сошло на нет.

Важной вехой в истории раннего масонство явилось составление в 1712 году и издание в 1723 году «Книги уставов» (или «Книги Конституции»), написанный пресвитерианским пастором и доктором богословия Джемсом Андерсоном. Ее положение по сей день считаются идейными и организационными основаниями масонства.

Первая заповедь «Книги уставов» касалась Бога и религии: Согласно своему званию, масон обязан подчиняться нравственному закону, и если он правильно понимает мастерство, то никогда не станет глупым безбожником или распутным нечестивцем. Хотя с древних времен масоны вынуждены были в той или иной стране исповедовать религию той страны или того народа, которая была там принята, сегодня считается более целесообразным придерживаться только той религии, которую исповедуют все люди, оставив для себя свои собственные взгляды. Иными словами, быть вместе с людьми добрыми и искренними, с людьми чести и целомудрия, несмотря на то, как они себя называют или каких убеждений придерживаются. Таким образом, принцип веротерпимости. В условиях культа силы, войны, фанатичной религиозности, нетерпимости к чужому мнению это явилось серьезным прорывом к прогрессу в нравственной сфере.

Второе положение андерсоновской конституции определяло взаимоотношение масона и государства. «Каменщик есть мирный подданный гражданских властей; где бы он ни жил и ни работал, он не должен быть замешан в крамолы и заговоры против мира и благоденствия народа и никогда не должен переступать обязанностей относительно высших властей… Поэтому, если брат оказался возмутителем против государства, то его не следует укреплять в возмущении; однако должно иметь к нему сострадание, как к несчастному человеку. Если же он не уличен ни в каком другом преступлении, то все-таки братья не могут изгнать его из ложи, и его отношение к ней остается нерушимым, хотя верное братство должно не одобрять его возмущения и также не должно вызывать в правительстве недоверия». Это положение заложило принципы ненасилия, миролюбия, гражданской ответственности. В то же время оно не противоречило личной свободе человека.

С.П. Карпачев